Профессия Ведьма.

Цитаты (Ольга Громыко)

Итак, согласно этикету, при встрече с Повелителем Догевы я должна была: 1) согнуться в земном поклоне, 2) назвать его полное имя и титулы, 3) дождаться вопроса, 4) назвать свое имя и цель прибытия, 5) вознести хвалу небесам за то, что они даровали мне сей светлый миг встречи, 6) пообещать хорошо себя вести и 7) униженно попросить позволения остаться в Догеве, пока не надоем. И, рассыпавшись в изъявлениях благодарности (даже если получу пинок под зад), отвесить еще один поклон и церемониально вручить свиток.
Вместо этого я пустила на него разгоряченную кобылу, без разрешения перешла на панибратское «ты», забросала дурацкими вопросами, забыла его полное имя и призналась, что не жажду его вспоминать. В общем, хуже некуда.

– Ты взрослая, умная женщина!
«Ни то, ни другое, ни третье», – подумала я.

— Вопросы есть? Эй, там, на задворках науки, я к вам обращаюсь!
— Ась? — Темар поднял всклоченную голову от свитка с трёхмерным кроссвордом.
— Извините, что отвлекаю вас от столь интеллектуального занятия, но, быть может, у вас случайно назрел какой-нибудь животрепещущий вопрос? — с издёвкой осведомился аспирант.
— Ну, если вы настаиваете… Имя святой, покровительницы странников, из четырёх рун, вторая «аль».

— Эй, цыпа, ты куда?
— Топиться.
— А-а-а… Эй, постой! Заодно воды набери!

Самый страшный и коварный монстр всех времен и народов — это слухи.

— Так как, милашка? Бросай этого ублюдка и идём со мной, уж я тебя уважу!
— С вами я соглашусь пойти только на кладбище, при условии, что вас будут нести, а меня подрядят заколачивать крышку.

– О боги, Вольха, когда же в тебе проснется взрослая женщина?
– Неужели вам так мешает ее храп?

— Это надо же! Поцарапали!!! Ну Вольха, скажи, что надо сделать, чтобы поцарапать алмаз?
— Одолжить его адептам-практикантам.

Крина ободряюще кивнула и удалилась на кухню, оставив меня наедине с моим интеллектом, то есть практически в одиночестве.

— Поэтому ты и захотела стать магичкой, да? И кем же? Травницей или Пифией?
— Нет! Настоящей магичкой! Чтобы жуть как волшебствовать и чтобы все меня боялись!
— Некроманткой, что ли?

— А вы умеете… летать? — задала я давно волнующий меня вопрос.
Боги не обделили табунщика чувством юмора.
— Смотря откуда прыгнуть.
<...>
— Ну, скажем, вон с той осины?
— Аршинов десять пролечу.
— По ветру или против?
— Поперек.

Людей наш дракон не ел принципиально — считал вредными для здоровья из-за высокого содержания алкоголя, никотина и холестерина.

Ну почему я помню всякую ерунду, а серьезные вещи приходится чуть ли не с боем вырывать у подкрадывающегося склероза?

Чем больше ты доверился человеку, тем больший у него соблазн тебя предать.

— Давай подадим его какому-нибудь нищему.
— Настолько неприхотливые нищие долго не живут.

Книга:

Профессия Ведьма.

Читайте также:

комментария 3

  1. Юлия:

    Обожаю ?

  2. Юлия:

    “Сначала я заметила табун,а уж потом Ромашка чуть не раздавила копытом крутое куриное яйцо,лежавшее на салфетке вместе с луковым пером,хлебом и тряпицей с солью. Всем этим как раз собирался подзакусить табунщик,расположившийся на обед в куще высокого гривастого ковыля. Я спешилась и вежливо осведомилась,не нанесен ли яйцу непоправимый ущерб,на что табунщик расхохотался добродушным баском и объявил,что его яйца в порядке и поступают в мое полное распоряжение”

    “-Ну что ты застыл? Проси скорее штаны,-шепнула я.
    -Ты с ума сошла! – Прошипел Лён в ответ.- Он в таком состоянии, что свои снимет.
    -Вот и куй железо, пока горячо! Хватит рекламировать старминский трикотаж.”

    “Призрачный туман размывал истинные очертания Догевы ,как фата – слишком длинный нос новобрачной.”

  3. Юлия:

    “Что это за вой?-сев и отбросив одеяло,я сладко потянулась.-Кто-то помер?
    – Заезжий гусляр дает концерт на пустыре. Прямо сказать, репертуар у него.. драмматический.
    -Драмматический?! – рявкнул тролль, появляясь в дверях. Творчество гусляра, несомое в массы, ворвалось в горницу жуткой какофонией воплей, стонов и треньканья струн. Да его, видать,повивальная бабка не просто вниз головой уронила, а с размаху башкой о стенку шмякнула- уж больно отвратительный голос у младенца прорезался.
    -Неужели,у такого неординарного таланта нашлись поклонники?- я подошла к окну…
    Семь или восемь нижнекосутинцев с остекленевшими глазами внимали леденящей кровь балладе о Шиване- царевиче и Здыхлике Неумиручем. Фальшивое треньканье вызывало живейший отклик в сердцах страдающих от похмелья жителей.
    – Ай-яй- яй- яй-яй-яй-яй,убили Ваню,убили Ваню,убили…- на разные лады завывал гусляр, терзая инструмент узловатыми пальцами.
    Не удовольствовавшись простой констатацией факта, гусляр дрожащим фальцетом завел сказ о пытках,на которые упырь обрек несчастного царевича в отместку за заведомо безуспешное покушение на его,Здыхлика, бессмертное тело. Пять куплетов было посвящено подробному описанию клещей, щипцов и крючьев. Эту песню надо было петь не детям,а преступникам в исправительных учреждениях, чтобы закоренелые бандиты плакали, каялись и бились головами об пол. Последние часы Шивана были ужасны. В них не было ни рифмы,ни мелодии. Агония царевича смешалась с агонией струн. Гусляр умолк,и я поняла, что Шиваня не воскреснет”

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *